Любое, самое маленькое немецкое княжество награждало ветеранов. Но не Англия. Борьба за солдатскую медаль в Англии разгоралась. В 1840 году, когда на трон в Англии взошла королева Виктория, герцог Ричмондский, сторонник награждения ветеранов, добился поддержки молодой королевы. Казалось бы, дело сделано, но престарелый Веллингтон не сдавался. Королеве пришлось вести переписку с Веллингтоном. Уговаривая великого человека, она писала: «Мы полагаем, что ваше нежелание наградить медалями солдат, сражавшихся в Испании, весьма неразумно».

Герцог холодно отвечал: «Ваше Величество и слуги Вашего Величества, без сомнения, лучшие судьи в вопросе, чеканить ли подобную медаль». Королеве снова приходится браться за перо, и в ее словах звучит некоторое раздражение: «Разумеется, герцог почувствует удовлетворение от того, что с него будет снято ложное подозрение в том, что он отказывает в наградах для других, соглашаясь, чтобы за то награждали его...»

Веллингтон не сдался, но это сражение он проиграл. Две медали, «За службу» и «За военно-морскую службу», все-таки были учреждены, но так как случилось это лишь в 1848 году, то за тридцать с лишним лет со дня окончания войны многие ветераны умерли, а иных не смогли отыскать.

Для того чтобы как-то конкретизировать эти медали, были придуманы планки на ленту: поперечные полоски металла с надписью, в каком бою или кампании участвовал награжденный. Таких планок было учреждено 29 для военной медали и 233 для морской. А если учесть, что в английских медалях (к тому же на гурте) указывалось имя награжденного и часть, в которой он служил, то изготовление и раздача медалей в Англии стали весьма сложным и кропотливым делом.

При раздаче медали обнаружилось, что на девять планок вообще никто не претендовал. И неудивительно: как было отыскать в 1848 году матроса, который отличился на фрегате «Гусар» в бою 17 мая 1795 года или на боте «Москит» 9 июня того же года.