21 июня 1789 года А. В. Суворов нанес поражение туркам при Фокшанах, а 11 сентября разгромил 100 тысячную турецкую армию на реке Рымник. В то время как главная армия Г. А. Потемкина бездействовала, на плечи А. В. Суворова ложились все более сложные операции этой войны. Теперь перед ним была поставлена задача, от решения которой зависел дальнейший исход войны – взятие крепости Измаил с ее гарнизоном в 35 тысяч человек при 265 орудиях.

Дважды русская армия пыталась овладеть этой крепостью, но та оставалась неприступной. 2 декабря 1790 года Суворов прибыл под Измаил и начал подготовку к штурму. Изучив все подступы и укрепления крепости, он доносил Потемкину: «Крепость без слабых мест». Действительно, окруженная земляным валом высотой восемь метров, заполненным водой рвом глубиной до десяти метров и шириной двенадцать метров, с сильной артиллерией, она имела в плане форму треугольника. Две стороны его растянулись на семь километров, а южная сторона примыкала к Килийскому рукаву Дуная.

11 декабря 1790 года, в три часа ночи, русские войска без шума выступили на исходные позиции, а в пять часов утра девять штурмовых колонн, по три с каждой стороны крепости, двинулись на штурм. Речная флотилия под командованием адмирала Хосе де Рибаса (испанца на русской службе) атаковала приречную сторону крепости. Всего в штурме участвовала 31 тысяча солдат и офицеров при более чем 500 орудиях (включая корабельную артиллерию). Одновременный штурм крепости со всех сторон заставил противника рассредоточить силы. Исключительно упорное сопротивление противника было сломлено лишь к двум часам следующего дня, когда Суворов приказал ввести в крепость восемь эскадронов кавалерии и два казачьих полка. Весь турецкий генералитет был уничтожен, и в Измаиле нам достались огромные трофеи: все 265 пушек и мортир, 364 знамени, 42 судна, 3 тысячи пудов пороху, около 10 тысяч лошадей и 10 миллионов пиастров денег.

«Не было крепче крепостей, обороны отчаянней, чем Измаил, только раз в жизни можно пускаться на такой штурм», – писал Суворов в донесении Потемкину.

Потери с обеих сторон были огромны. Русские потеряли убитыми и ранеными 1000 человек, турки – 2600 и 900 пленных.

За такую великую и славную победу А. В. Суворов не был награжден по достоинству совершенного им подвига – не получил ожидаемого фельдмаршальского жезла и был произведен всего лишь в подполковники Императорского Преображенского полка, полковником которого числилась сама Екатерина II, а также удостоен памятной персональной медали. Причиной тому послужили его обострившиеся отношения с Г. А. Потемкиным. Это оскорбление – «измаильский стыд» – остался горьким воспоминанием до конца жизни Александра Васильевича.

Офицеры были пожалованы орденами и золотыми шпагами. «А тем, кто не получил орденов, – писала Екатерина II в своем рескрипте князю Г. А. Потемкину от 25 марта 1791 года, – …Мы представляем Вам… объявить с одарительным листом каждому, означающим службу его, убавляя срок, к получению военного ордена Святого Георгия положенный,…и с дачею каждому же золотого знака по образцу нами утвержденному».

Измаильский крест напоминает по своей форме Очаковский и официально именуется «Знаком золотым для ношения в петлице мундира на ленте с черными и желтыми полосами на левой стороне груди». Размеры его такие же, как и Очаковского – 4×47 мм.